Цветная фотопленка в ссср

Цветная фотопленка в ссср

Sovcolor — название, использовавшееся в Западных странах для обозначения технологий цветных хромогенных негативных киноплёнок и фотоматериалов, выпускавшихся в странах СЭВ. Обозначение отражало одинаковые химико-фотографические принципы и общее происхождение от немецкого процесса «Agfacolor Neu», разработанного в 1937 году киностудией Universum Film AG [1] . В СССР и Восточной Европе общего бренда технологии не существовало, и разными производителями использовались разные названия, например «ORWOcolor», «Fomacolor» и «Fortecolor». Советские фотоматериалы этого типа выпускались объединениями «Свема» и «Тасма», и обозначались буквенными индексами: «ДС» (дневной свет), «ЛН» (лампы накаливания), «ЦНД» (цветной негатив дневной) и «ЦНЛ» (цветной негатив лампы накаливания). Технология была получена после окончания Второй мировой войны в счёт репараций, и продолжала использоваться с рядом усовершенствований вплоть до распада Советского Союза и Организации Варшавского договора. Выпуск первой негативной плёнки «ДС-1» процесса Sovcolor был начат в 1947 году на фабрике киноплёнки № 3 в Шостке [2] .

Содержание

Историческая справка [ править | править код ]

Перед Второй мировой войной существовали две технологии, пригодные для профессионального цветного кинематографа: американский «Техниколор» с одновременной съёмкой на три чёрно-белых киноплёнки и немецкий «Agfacolor Neu» [3] . Трёхплёночная система, аналогичная «Техниколору», применялась и в СССР на базе кинокамер «ЦКС-1» собственной разработки [4] [5] . Однако, немецкая система, основанная на изобретениях Рудольфа Фишера, была наиболее прогрессивной, позволяя снимать обычной аппаратурой и тиражировать фильмы традиционным негативно-позитивным способом [1] . Обращаемые плёнки типа Kodachrome из-за недостаточной фотографической широты использовались в кино только в исключительных случаях в расчёте на последующее цветоделение на три чёрно-белых негатива и гидротипную печать. В области фотографии негативно-позитивный «Агфаколор» был также наиболее перспективным, превосходя растровые и лентикулярные процессы с аддитивным синтезом цвета.

В апреле 1945 года заводы в Вольфене, выпускавшие цветную киноплёнку, были захвачены войсками Союзников. В результате, часть документации оказалась в США, позволив наладить производство киноплёнки Anscocolor в 1949 году на заводах, принадлежавших до войны немецкой IG Farben. 1 июля 1945 года город перешёл в советскую зону оккупации, и оставшаяся документация и часть оборудования были вывезены в СССР, где два года спустя налажен выпуск аналогичной киноплёнки типа «ДС-1». Тогда же выпуск фотоматериалов Gevacolor стартовал на предприятиях Gevaert. Благодаря аннулированию по итогам войны патентов Германии, технология Agfacolor послужила основой для итальянской плёнки Ferrania-color (1952) и японской Fujicolor (1955) [6] . Акционерная компания Agfa-Wolfen, образованная на месте бывшего предприятия Agfa, возобновила выпуск фотокиноматериалов типа Agfacolor, используя этот бренд до 1964 года, когда патент на него перешёл к западногерманским правообладателям. К 1952 году советские заводы в Шостке и Казани освоили выпуск киноплёнки «ЛН-2», предназначенной для съёмки при свете ламп накаливания, а «Свема» в том же году выполнила полив первой партии плёнки «ДС-2» с повышенной светочувствительностью 22 единицы ГОСТ [7] .

В 1950 году компания Eastman Kodak разработала киноплёнку Eastmancolor с хромогенным синтезом красителей при помощи цветообразующих компонент собственной разработки [8] . Годом ранее увидели свет аналогичные фотоплёнки Ektacolor. Новые фотоматериалы впервые поддерживали внутреннее маскирование, запатентованное в 1942 году химиком Уэсли Хэнсоном [9] [10] . Вместо бесцветных цветообразующих компонент в двух зонально-чувствительных слоях новой киноплёнки использованы окрашенные компоненты, после цветного проявления образующие так называемую маску, компенсирующую нежелательные оттенки синтезированных красителей. Обработка негативных плёнок с маскированием, которые принято относить ко второму поколению, велась по процессу ECN-1 [11] . Благодаря новым защищённым компонентам и маскированию западные киноплёнки давали более качественную цветопередачу, чем советские, позволив не только улучшить качество изображения, но и отказаться от некоторых сложных технологий комбинированных съёмок в пользу трюковой печати при контратипировании. Например, технологии блуждающей маски с инфракрасной или натриевой подсветками фона, дающие готовый комбинированный кадр уже на негативе, уступили место более гибкому аналогу с «синим экраном», поскольку снижение качества при контратипировании на плёнках Eastmancolor было менее значительным, чем на ранних аналогах Sovcolor [12] . Этому способствовало также использование в западных плёнках более сложного строения каждого из зонально-чувствительных слоёв, состоящих из двух, а позднее — трёх полуслоёв различной светочувствительности. Такое устройство, не применявшееся в фотоматериалах Sovcolor, значительно увеличивало фотографическую широту при сохранении мелкого зерна [13] .

Внутреннее маскирование было внедрено к концу 1960-х годов и на советских фотокиноплёнках, таких как ДС-5м и серий ЦНД и ЦНЛ. Однако, на тот момент процесс 1939 года уже устарел. Западногерманская компания Agfa в 1978 году наладила выпуск новых фотоматериалов Agfacolor, соответствующих американским, и пригодных для высокотемпературной ускоренной обработки. Аналогичная технология использована в новых сортах японских фотокиноматериалов Fujifilm. Появление в 1970-х годах третьего поколения цветных фотоматериалов с гидрофобными цветообразующими DIR-компонентами обозначило отчётливое отставание технологий соцблока [11] . Новые фотокиноматериалы за счёт особенностей строения стали пригодны для скоростной высокотемпературной обработки по процессам C-41 и ECN-2. Результатом стали закупки через Госкино импортных фотоматериалов для кинематографа и издательских нужд. Киноплёнки типа Eastmancolor, закупленные в США за валюту, выделялись съёмочным группам приоритетных фильмов, в то время как остальные картины снимались по процессу Sovcolor на советскую или восточногерманскую плёнку [14] [3] . В издательском деле и фотожурналистике была та же ситуация: закупленная за валюту фотоплёнка распределялась между штатными фотографами центральных московских изданий.

В свободной продаже населению были доступны только фотоматериалы процесса Sovcolor серий «ЦНД», «ЦНЛ», «ДС», «ЛН». Их эмульсия была рассчитана на проявку при комнатной температуре, и при разогреве обрабатывающих растворов выше 30 °C разрушалась в связи со слабой задубленностью. Более качественной альтернативой были аналогичные фотоматериалы «ORWOcolor» (ГДР), «Fomacolor» (Чехословакия) и «Fortecolor» (Венгрия), а также наборы для их обработки. Однако, эти фотоматериалы также принадлежали к типу Sovcolor и по качеству цветопередачи и светочувствительности значительно уступали западным. Кроме того, они были непригодны для ускоренной обработки при повышенных температурах растворов. В 1980-х годах в США и Японии появились цветные плёнки четвёртого поколения с плоскими микрокристаллами галогенидов серебра, позволившими поднять светочувствительность выше 1000 единиц ISO [11] .

Последней попыткой достигнуть уровня качества западных аналогов по цветопередаче и зернистости была разработка киноплёнки «ЛН-9» с полуслойным поливом. Вместо трёх основных слоёв наносились шесть полуслоёв, как во всех импортных фотоматериалах тех лет. «ЛН-9» так и не составила реальной конкуренции, используясь только в российском и украинском кинематографе. В конце 1980-х годов в московском институте «ГосНИИхимфотопроект» была разработана киноплёнка «ДС-100» с гидрофобными DIR-компонентами, которая могла обрабатываться по современному процессу ECN-2 при температуре растворов 41 °C. По типу цветообразующих компонент и строению эта киноплёнка больше соответствовала типу Eastmancolor. После распада СССР выпуск фотокиноплёнок процесса Sovcolor постепенно был прекращён (отдельные партии выпускались до конца 90-х годов), их вытеснили более современные иностранные фотокиноматериалы типа Eastmancolor и Fujifilm.

Читайте также:  Правила бронирования авиабилетов аэрофлот

Сегодня большинство фотографий делаются "в цифре", и даже зачастую не фотоаппаратами, а телефонами. Если у кого-то и остались старые плёночные аппараты, то к услугам фотолюбителей имеются пункты проявки и печати фотографий. Но так было не всегда. Ведь раньше изготовление фотографий было настоящим искусством

Это сейчас — достал аппарат, сделал сотню-другую снимков, а потом на компьютере выбрал самые удачные кадры. А тогда к каждому кадру относились бережно. Ведь на плёнке было всего 36 кадров. И что ты с фотографировал, увидеть можно было только в после проявки плёнки. Прежде чем начать съёмку, эту самую плёнку надо зарядить. Нет, не в фотоаппарат, а в кассету. Что? Плёнка уже продаётся в кассете? Ну уж нет. Советская плёнка продавалась, упакованной в чёрную светонепроницаемую бумагу. Кассеты надо было покупать отдельно.

Рулон помещался в типовую коробочку с указанием светочувствительности (32, 64, 125 и 250 единиц) и завода-изготовителя (Тасма или Свема). Самой ходовой была Свема-65. Можно сказать универсальная плёнка для фотолюбителя

Так вот, в полной темноте – в ванной комнате или с намотанными на руку одеялами – надо было плёнку вынуть из упаковки и намотать на маленькую бобину вроде катушки для ниток, затем вставить бобину в кассету и закрыть крышечку. Чтобы научиться этому, сперва тренировались на уже проявленных отснятых плёнках на свету. И только после того, как плёнка заряжена в кассету, её можно было вставлять в фотоаппарат.

После того, как плёнка отснята, её надо проявить. Для чего её наматывают на специальную спираль и помещают внутрь светонепроницаемого бачка (частью которого спираль и является). Наматывать плёнку, разумеется, тоже надо в полной темноте.

Затем – уже на свету – в бачок надо залить проявитель. Проявитель надо приготовить заранее. Разные фото-кудесники делали проявители из специальных химикатов, отмеривая их на весах. Но обычные невзыскательные фотолюбители вроде меня покупали готовый проявитель в фотомагазинах. Кстати, проявитель (а равно и фиксаж), бывал с перебоями (не часто, но бывало). Поэтому, например, у меня дома всегда был запас пакетиков проявителя и фиксажа, благо стоили они – копейки (Недавно при уборке в кладовке наткнулся на остатки запаса с тех лет)

Проявитель из пакетиков был с разными мелкими крошками, в связи с чем после растворения, его надо было профильтровать. Кто-то использовал марлю, а у кого-то были и специальные фильтры. Одной порции проявителя хватало на несколько плёнок.
Проявитель, заливаемый в бачок, должен был быть определённой температуры – от 20 до 25 градусов. Для того, чтобы следить за температурой, каждый фотолюбитель имел специальный термометр.

После того, как проявитель залит в бачок, надо ждать 8-10 минут, покручивая спираль (с помощью выглядывающего наружу кончика спирали). После этого проявитель выливается в специальную банку (чтобы затем использовать его для следующей плёнки). Затем в бачок наливалась вода из под крана (тоже определённой температуры) для промывки плёнки. Затем заливался фиксаж – реактив для закрепления эмульсии плёнки от воздействия света (почему он часто назывался закрепителем).

В фиксаже плёнка лежала минут 15-20, затем снова промывалась и извлекалась на свет божий – самый волнительный момент, когда сразу было видно, получилось или нет. К тому же, если при наматывании плёнки произошло слипание, то часть плёнки не проявлялась. Но это бывало обычно только у начинающих фотолюбителей. Затем плёнку надо было высушить. Я для этого использовал леску, специально для этой цели протянутую на кухне. После просушки плёнка сворачивалась в рулончик, который помещался в коробочку, в которой плёнка продавалась

Поскольку все реактивы могли быть использованы для проявки нескольких плёнок, оставался открытым вопрос: проявлять плёнки сразу по мере фотографирования или копить нужное количество плёнок. Первый вариант был чреват тем, что надо было реактивы хранить в виде жидкости, которая к тому же имела не очень длительный срок хранения (меньше месяца). Но, в общем и целом, это были мелочи.

Да, совсем забыл сказать. Способ, про который я только что рассказал, касается только чёрно-белой плёнки. Для цветной плёнки требовались совсем другие реактивы, состоящие, если мне не изменяет память, из четырёх различных жидкостей

И сами реактивы для цветной печати, и цветная плёнка стоили дороже чёрно-белых, а сам процесс проявки, а особенно печати цветной плёнки был гораздо сложнее. Поэтому львиная доля фотолюбителей предпочитала обходиться чёрно-белыми фотографиями. Некоторым выходом была использование т.н. обратимой плёнки, т.е. плёнки для слайдов, с которой не надо было печатать фотографии, а сразу после проявки можно было плёнку разрезать на кадры, вставить в специальные рамки (продавались в фотомагазинах) и показывать друзьям при помощи специального слайдпроектора. Правда, автоматические слайдпроекторы были очень дорогими, поэтому обычно обходились ручными, а то и просто использовали такие пластмассовые штукенции с глазком от детских диапозитивов (тоже ГДРовских).

Проявить плёнку – мало. Надо ещё напечатать с неё фотографии. Для этого оккупируем ванную и выключаем там свет

Желательно научится находиться там в темноте, чтоб все движения были интуитивными и простыми. Готовим нашу импровизированную лабораторию заранее. Сначала подключаем к сети наш фотоувеличитель (это именно тот инструмент, который позволит получить размер снимка, который вы хотите (ограничено возможностями фотоувеличителя), с маленького 35мм негатива. Фотоувеличитель бывает наш и буржуйский. Конечно же вторые лучше, но первые дешевле

Фотоувеличитель идет сразу в комплекте с объективом (чем дороже стекло, тем лучше качество снимка), лампой и кадровочной рамкой, которая позволит при красном фильтре откорректировать размер будущего отпечатка и положение его на бумаге.)

Наливаем в кюветы проявитель, фиксаж и промывающий раствор.

Ставим последовательно. Рядом кладем щипцы, пачку с фотобумагой и негативы.

Начинается самое интересное.

Процесс печати, в общем, довольно прост. При красном свете специального фонаря, лист незасвеченной фотобумаги укладывают на столешницу фотоувеличителя, эмульсией вверх. Обычно для этого каждый уважающий себя фотолюбитель имел специальную кадрирующую рамку. Цилиндр с объективом поднимался на кронштейне на такую высоту, которая требовалось для того или иного масштабирования – чем выше, тем масштаб больше. Дальше на какое-то количество секунд включалась внутренняя лампочка, на фотобумагу падало изображение с плёнки и происходила экспозиция.

Далее бумага помещалась в проявитель (как у плёнки), промывалась, потом в фиксаж, снова промывалась и дальше лежала в отдельной кювете.

Читайте также:  Телефон с выдвижным объективом

После того, как все нудные фотографии были отпечатаны, наступал волнительный момент глянцевания. Для этого надо было иметь глянцеватель – специальную электрическую штуковину.

Главными деталями штуковины были два гибких зеркальных листа металла. При помощи специального резинного валика, уложенная эмульсией на лист мокрая фотография раскатывалась. Затем листы с приклеенными намертво фотографиями вставлялись в глянцеватель, который был чем-то вроде электрической жаровни. Под действием высокой температуры фотографии высушивались, а кроме того приобретали характерный блеск – глянец.

Был ещё и резак, который помогал более художественно обрезать готовые снимки

Вот, собственно, и всё.

Текст частично позаимствован у germanych в посте Фотолюбительство в СССР

Одним из народных увлечений была конечно же фотография. Меня на это увлечение «подсадил» кажется в 5 классе один друг семьи – фотожурналист. Он купил первый в моей жизни фотоаппарат. Фотоаппарат назывался «Смена-8М» и был чем-то вроде современных «мыльниц» (вернее, «мыльниц» недавнего прошлого) – очень простая конструкция, стандартный несменяемый объектив. Стоила «Смена-8М» 15 рублей. Не то чтобы дорого, но всё-таки считалось, что это не для детей. Вместе с фотоаппаратом друг семьи купил мне две специальных кюветы для реактивов из прозрачного цветного пластика (оранжевую для проявителя и белую для фиксажа) и чёрный зарядной бачок, заодно объяснив, как им пользоваться. После чего умчался в очередную командировку. А я приступил к осваиванию этого непростого дела.

Сегодня, когда фотографии делаются цифровыми девайсами, а если у кого-то и остались плёночные рудименты (как, например, моя полупрофессиональная Minolta), то к услугам фотолюбителей имеются пункты проявки и печати Kodak, наверное надо пару слов сказать о патриархальном способе изготовления фотографий (сказывают, этот способ придумал кто-то из ближайших потомков Ноя).

Прежде чем начать съёмку, плёнку надо зарядить. Нет, не в фотоаппарат, а в кассету. Что? Плёнка уже продаётся в кассете? Ну уж нет. Советская плёнка продавалась, упакованной в чёрную светонепроницаемую бумагу. Кассеты надо было покупать отдельно. Рулон помещался в типовую коробочку с указанием светочувствительности (32, 64, 130 и 250 единиц) и завода-изготовителя (Тасма или Свема). Самой ходовой была Свема-65, поэтому (да простят меня защитники светлого образа), эта плёнка бывала в продаже не всегда. Чаще всего продавалась Тасма. Но поскольку любителей фотографии в СССР было значительно меньше, чем любителей колбасы, то таких случаев, чтобы в магазине вообще не было никакой плёнки, я не припомню. Но Свема-65 точно бывала с перебоями.

Так вот, в полной темноте – в ванной комнате или с намотанными на руку одеялами – надо было плёнку вынуть из упаковки и намотать на маленькую бобину вроде катушки для ниток, затем вставить бобину в кассету и закрыть крышечку. Чтобы научиться этому, сперва тренировались на уже проявленных отснятых плёнках на свету. И только после того, как плёнка заряжена в кассету, её можно было вставлять в фотоаппарат.

После того, как плёнка отснята, её надо проявить. Для чего её наматывают на специальную спираль и помещают внутрь светонепроницаемого бачка (частью которого спираль и является). Наматывать плёнку, разумеется, тоже надо в полной темноте.

Затем – уже на свету – в бачок надо залить проявитель. Проявитель надо приготовить заранее. Разные фото-кудесники делали проявители из специальных химикатов, отмеривая их на весах. Но обычные невзыскательные фотолюбители вроде меня покупали готовый проявитель в фотомагазинах. Кстати, проявитель (а равно и фиксаж), бывал тоже с перебоями. Поэтому, например, лично я набирал сразу гору пакетиков проявителя и фиксажа, благо стоили они – копейки.

Проявитель из пакетиков был с разными мелкими крошками, в связи с чем после растворения, его надо было профильтровать. Для этих целей всякий фотолюбитель использовал чего бог подаст. Лично я фильтровал через сложенную в несколько слоёв марлю. Одной порции проявителя хватало на несколько плёнок.

Проявитель, заливаемый в бачок, должен был быть определённой температуры – от 20 до 25 градусов. Для того, чтобы следить за температурой, каждый фотолюбитель имел специальный термометр (у меня до сих пор где-то валяется). После того, как проявитель залит в бачок, надо ждать 8-10 минут, покручивая спираль (с помощью выглядывающего наружу кончика спирали). После этого проявитель выливается в специальную банку (чтобы затем использовать его для следующей плёнки). Затем в бачок наливалась вода из под крана (тоже определённой температуры) для промывки плёнки. Затем заливался фиксаж – реактив для закрепления эмульсии плёнки от воздействия света (почему он часто назывался закрепителем).

В фиксаже плёнка лежала минут 15-20, затем снова промывалась и извлекалась на свет божий – самый волнительный момент, когда сразу было видно, получилось или нет. К тому же, если при наматывании плёнки произошло слипание, то часть плёнки не проявлялась. Но это бывало обычно только у начинающих фотолюбителей. Затем плёнку надо было высушить. Я для этого использовал леску, специально для этой цели протянутую на кухне. После просушки плёнка сворачивалась в рулончик, который помещался в коробочку, в которой плёнка продавалась.

Поскольку все реактивы могли быть использованы для проявки нескольких плёнок, оставался открытым вопрос: проявлять плёнки сразу по мере фотографирования или копить нужное количество плёнок. Первый вариант был чреват тем, что надо было реактивы хранить в виде жидкости, которая к тому же имела не очень длительный срок хранения (меньше месяца). Но, в общем и целом, это были мелочи.

Да, совсем забыл сказать. Способ, про который я только что рассказал, касается только чёрно-белой плёнки. Для цветной плёнки требовались совсем другие реактивы, состоящие, если мне не изменяет память, из четырёх различных жидкостей. В Москве в общем и целом не составляло труда приобрести цветные реактивы из ГДР фирмы «ORWO» – они продавались в специализированном магазине «Юпитер» на Калининском проспекте. Но за пределами Москвы с цветными реактивами было далеко не так шоколадно. Проще говоря, они были дефицитом.

И сами реактивы для цветной печати, и цветная плёнка стоили дороже чёрно-белых, а сам процесс проявки, а особенно печати цветной плёнки был гораздо сложнее. Поэтому львиная доля фотолюбителей предпочитала обходиться чёрно-белыми фотографиями. Некоторым выходом была использование т.н. обратимой плёнки, т.е. плёнки для слайдов, с которой не надо было печатать фотографии, а сразу после проявки можно было плёнку разрезать на кадры, вставить в специальные рамки (продавались в фотомагазинах) и показывать друзьям при помощи специального слайдпроектора. Правда, автоматические слайдпроекторы были очень дорогими, поэтому обычно обходились ручными, а то и просто использовали такие пластмассовые штукенции с глазком от детских диапозитивов (тоже ГДРовских).

Читайте также:  Радиоприемник всеволновый высокой чувствительности

Проявить плёнку – мало. Надо ещё напечатать с неё фотографии. Для этих целей необходима специальная бандура, под названием фотоувеличитель. Фотоувеличитель, упрощённо, представляет из себя светонепроницаемую ёмкость типа цилиндра или шара, внутри которого установлена лампочка. С одной стороны цилиндра – той, которая обращена в сторону пола – имеет объектив, примерно такой же, как и в фотоаппарате (хотя и попроще). Между лампочкой и объективом в специальный паз укладывалась плёнка. Сам цилиндр закреплён на специальном кронштейне и может скользить по нему вверх-вниз. Кронштейн вмонтирован в специальную прямоугольную столешницы, ближе к краю.

Процесс печати, в общем, довольно прост. При красном свете специального фонаря, лист незасвеченной фотобумаги укладывают на столешницу фотоувеличителя, эмульсией вверх. Обычно для этого каждый уважающий себя фотолюбитель имел специальную кадрирующую рамку. Цилиндр с объективом поднимался на кронштейне на такую высоту, которая требовалось для того или иного масштабирования – чем выше, тем масштаб больше. Дальше на какое-то количество секунд включалась внутренняя лампочка, на фотобумагу падало изображение с плёнки и происходила экспозиция. Далее бумага помещалась в проявитель (как у плёнки), промывалась, потом в фиксаж, снова промывалась и дальше лежала в отдельной кювете.

После того, как все нудные фотографии были отпечатаны, наступал волнительный момент глянцевания. Для этого надо было иметь глянцеватель – специальную электрическую штуковину. Главными деталями штуковины были два гибких зеркальных листа бумаги. При помощи специального резинного валика, уложенная эмульсией на лист мокрая фотография раскатывалась. Затем листы с приклеенными намертво фотографиями вставлялись в глянцеватель, который был чем-то вроде электрической жаровни. Под действием высокой температуры фотографии высушивались, а кроме того приобретали характерный блеск – глянец. Вот, собственно, и всё.

Нечего и говорить, что и фотоувеличитель, и глянцеватель тоже продавались не каждый день. Конечно они не были таким уж жутким дефицитом, но всё-таки. Например, я долгое время брал увеличитель в прокате (был такой чудесный прокат на Гоголевском бульваре). И лишь спустя несколько лет после начала фотолюбительской карьеры случайно купил нормальный фотоувеличитель в «Юпитере».

Бумага была разнообразная. «Бромпортрет», «Фотобром», ещё что-то – уже не помню точные названия. Качественная фотобумага тоже бывала не всегда. Впрочем, в СССР всё качественное бывало не всегда.

Конечно, фотография – это особый мир. Он, собственно, был как бы за пределами Совдепа. То есть кумачовый Совдеп сам по себе, а фотолюбитель – сам по себе.

Главный инструмент фотографа – это, конечно же, фотоаппарат. Думаю не удивлю, если скажу, что хорошие фотоаппараты продавались не всегда. Самым популярным хорошим фотоаппаратом был зеркальный «Зенит-Е» (речь о конце 70х – начале 80х). Стоил он не дёшево, но всё-таки доступно – около 100 рублей. Время от времени «Зенит-Е» продавались в «Юпитере» и за ними сразу же выстраивалась очередь. Но обычно «Зенит-Е» продавались с каким-то уродским объективом (название уже не помню), а мне хотелось с объективом «Гелиос». В общем, в конце-концов мать купила мне по блату «Зенит-Е» с объективом «Индустар 61 ЛЗ», который смотрелся не хуже «Гелиоса».

С другой стороны, практически в любой момент можно было купить фотоаппарат Зенит-TTL. Но он был дорог – 240 рублей; а с особым дизайном (весь чёрный) – ещё дороже. В общем, о Зенит-TTL можно было только мечтать. Также довольно свободно продавался широкоплёночный зеркальный «Киев». Но он тоже был дорогим. Иностранных фотоаппаратов в продаже не было. Вернее, были в комиссионном магазине на Садово-Кудринской. По цене от тысячи рублей и выше. Так что на всякие там Pentaxa или Nikon можно было только глядя на иностранцев облизываться.

Помню, году так в 1981 в Сокольниках случилась международная выставка «кино-фото-теле». Как водится, москвичи и гости столицы в выходные боем брали эту выставку. Я ходил на неё несколько раз (для чего сбегал с уроков), надолго замирая у стендов с иностранной фототехникой. На стенде компании Minolta какой-то сердобольный японец дал нам с мамой несколько довольно подробных цветных проспектов фотоаппаратов Minolta, где подробно описывались принципы работы, приводились картинки как видит фотограф через видоискатель (это было что-то!). И сами цветные, напечатанные с невиданным для СССР качеством на мелованной бумаге проспекты, и те фотоаппараты, которые я там увидел, произвели на меня неизгладимое впечатление. На всю жизнь. Я с того самого момента мечтал о Minolt’е. Конечно понимал, что у меня её никогда не будет. Но мечтал. А детская мечта осуществилась только в 2003 году. Сам не знаю для чего купил себе полупрофессиональный плёночный фотоаппарат Minolta. В принципе, только деньги выбросил, ибо все уже переходили на цифру. Но детская мечта – это такая мечта, на которую денег не жалко.

Как следует из всего перечисленного, фотолюбительство было не дешёвой забавой. И по деньгам и по временным затратам (проявка, печать) – это было дело хлопотное. Поэтому такого поголовного владения фотоаппаратами у населения не было. Например, у нас в классе фотоаппараты (свои. личные), имели 4-5 человек.

Фотографировали, однако, обычно типовые вещи: совместные посиделки, походы и т.п. Каких-то жанровых фотографий у фотолюбителей было мало. Да оно и понятно – ибо большие фотоаппараты прошлого с собой каждый день не поносишь. Не то что сегодня – увидел горящий дом, достал мобильный телефон и – щёлк. Нет, в те времена на фотоэтюды надо было специально собираться.

Мы вот со школьным товарищем, в старших классах заболели страстью фотографировать церкви. Сам не знаю, откуда у нас, комсомольцев, такое желание проснулось. Но мы всю Москву облазили, ища церкви. А их тогда в самом деле порой надо было искать (ибо большая часть церквей была складами или конторами). Но вот о чём я жутко жалею – церкви-то мы фотографировали, а вот фотографировать просто московские улицы, обычных людей нам как-то в голову не приходило. То есть настолько нам это казалось неинтересным и незыблемым, что скажи нам, что через 20 лет ничего этого не будет – в жизни не поверили. Кстати, это в самом деле было одно из базовых ощущений – с СССР никогда и ничего не случится. Впрочем, к фотографии это отношение не имеет.

Ну а в комментариях к посту, традиционно, рассказывайте свои истории: кто как фотолюбительствовал, у кого какие были аппараты. А то можно и свои фотографии тех времён выкладывать. Вне зависимости от художественной ценности. Просто интересно позырить.

Ссылка на основную публикацию
Фото с листком для вк
Сигна в ВК – это просто фотография человека с листком бумаги, на котором обычно написано чье-то имя. Часто надписи делают...
Установка виндовс зависла на начало установки
Если вы решили переустановить или установить операционную систему, но начало установки Windows 7 зависает, то в этой статье, думаю, вы...
Установка драйвера принтера отказ
Нередки ситуации, когда не устанавливается принтер, хотя система видит, что к компьютеру подсоединилось новое оборудование. Решение такой задачи требует серьезного...
Фото спортивных мужчин 40 лет
17. Джерард Батлер, 48 лет (kinopoisk) «Законопослушный гражданин» Джерард Батлер когда-то работал официантом, демонстратором игрушек и даже юристом. Он также...
Adblock detector